«Выжить, остаться и помочь другим». История одной семьи из прифронтовой Красной Яруги

Это Сумской фронт... частота FPV, я предлагаю ускоряться.

Эти без малого сто километров в пути как контрастная картина. Из относительно мирных районов до практически линии фронта. Машина скорой помощи, укрытая мангалом, как первый признак того, что мы у цели.

Это скорая помощь, скорая помощь, видите, огорожена, удивлена, не увидела РЭБ-систему на ней, вообще должна быть. Также у нас пожарные машины в приграничье вот этой вот железной решеткой огорожены. Многие, у кого предприятия, бизнесмены, соответственно, за свой счет вот эти вот металлические каркасы устанавливают на машины, ну, очень опасно на самом деле, птиц вражеских очень много, поэтому это минимальное, что могут сделать.

Татьяна Жукова, руководитель волонтёрского движения «Сила посылки»

Поселок Красная Яруга ежедневно в сводках об обстрелах. Здесь что ни день раненые, погибшие мирные жители. Украинские беспилотники здесь ведут настоящую охоту за гражданскими.

— Моя ты красотулечка...
— Ну, обещала добраться тебе после нового года, вот добралась, еще январь.
— Спаси Господи, как, нормально дорога, как доехали?
— Ты знаешь хорошо, да, ты же просила, поэтому хорошо доехали.

Среди безлюдного частного сектора лишь в ее доме теплится жизнь. Ольга живет с матерью и двумя внуками. Это и их дом, и швейная мастерская.

Когда пришли солдаты у нас, то спрашивали: «Не могли бы вы отремонтировать бронежилет?» Я не знала, как к нему подойти, я первый раз его видела вообще в глаза свои. Они мне подсказали, они мне объяснили, они научили, стала ремонтировать со своей мамой бронежилеты. Когда меня спросили, сколько это будет стоить, я говорю: бесплатно.

Ольга Анискина, волонтёр, жительница п. Красная Яруга

Кроила, шила Ольга и до специальной операции. Но с началом войны пришлось переквалифицироваться. Вместо штанов и платьев она теперь перешивает бронежилеты. Теперь никто лучше не знает, чем отличается защитная пластитна от кевлара.

Если попадает пуля сюда, а там стоит плита, то идет свойство рикошета, то есть рикошетит либо лицо, либо паховую область, либо летит в товарища, это уже шальная пуля. И чтобы она вон там задержалась, было ее задержание, то получается, что она должна куда-то задержаться, и это вот идет кила, либо вот СВМП, переводится аббревиатура такая как сверхвысокомолекулярный полиэтилен.

Ольга Анискина, волонтёр, жительница п. Красная Яруга

Сколько жизней наших бойцов спасла она своей работой, сама подсчитать не может. Говорит, сотни точно. Истории, когда усиленные защитой ее бронежилеты уберегли от смерти, рассказывают сами ребята.

Две птички он сбил, а третью не заметил, было трое человек, она влетела, и в спину, получается, она ему врезается, взрывается, но там этому Саше, Саша его зовут, стояла наша СВМП, плит не было. И вот, получается, она врезается вот так в спину и взрывается. У него челюсть поломана, ключица сломана, плечо всё это. Вся эта часть у него осталась целая, всё, что удержало СВМП, весь взрыв.

Ольга Анискина, волонтёр, жительница п. Красная Яруга

Вся жизнь этой семьи в Красной Яруге невероятный риск. Атакуют беспилотники, американский «Хаймарс» едва не разбил дом. Но Ольга ни разу не покинула родной поселок. Хотя об этом ее просил лично губернатор Белгородской области.

Жизнь человека, мы же и так все знаем, что мы всё равно все умрем, каждый просто может умереть по-разному. Мы люди православные, я просто больше к тому, что в Евангелие всё написано: «Отдай жизнь за други своя, будет тебе Царствие Небесное». То есть что мы здесь на самом деле преследуем, чтобы, понимаете, если и прожить, то достойно, по совести, по Евангелие. Если и погибнуть, то, понимаете, не трясясь под кроватью, а именно пойти и кого-то спасти. Я вот в этот момент знала, что я нужна здесь солдатам.

Ольга Анискина, волонтёр, жительница п. Красная Яруга

Внуку Ивану было десять, когда началась спецоперация. Сейчас в свои практически четырнадцать он вместе с бабушкой доставляет помощь на передовую, научился и сбивать вражеские дроны.

Тоже понимал, что тоже нужно оставаться, тоже нужна помощь, нужно было многое: и гуманитарку развозить, и бронежилеты таскать, тоже принял решение остаться.

Иван, внук Ольги Анискиной

Порой семья вынуждена выживать в блокаде. Когда оглушает поселок сирена, когда по связи бойцы предупреждают: на улице опасно.

Подарили нам хлебопечку, это с Башкирии нам прислали, она нам на самом деле очень необходима в приграничье, потому что когда закрыты магазины или мы не можем выйти в магазин, у нас, допустим, знаете как? Открывается дверь, мы сначала должны посмотреть на небо, посмотреть под ноги, послушать, не жужжит ли дрон, а потом только мы начинаем плавно выходить, чтоб не было под ногами мин, не разбросала «Баба Яга» за ночь, потому что бывают сбросы, минируют наши дороги.

Ольга Анискина, волонтёр, жительница п. Красная Яруга

И вот очередной выезд в центр Яруги.

— Что по ситуации? Можем двинуться?
— Да вроде тишина.
— Тишина, да? Сегодня спокойная обстановка, всё, родной.

Центр Яруги как иллюстрация, что поселок на линии фронта. Пассажирские автобусы ощетинились антидроновыми мангалами, выходят на линию в сопровождении бригад радиоэлектронной борьбы, здания затянуты сетками, входы в редкие работающие магазины ограждены бетонными блоками, все автозаправки в поселке закрыты.

Здесь жить опасно на самом деле, вот также бьют машины, считайте были случаи, когда человек едет на самокате, гонится за ним дрон, и человек просто перевернулся, потому что скоростной режим, и весь в переломах. Ну, дрон его не догнал по крайней мере... Вот это что у нас? Что-то где-то летит, ну, опасность пока не передают, солдаты если что поставят нас в курс дела.

Ольга Анискина, волонтёр, жительница п. Красная Яруга

И словно в подтверждение слов Ольги запищал детектор дронов, по лентам новостей — сообщение об опасности.

Летит с Илек-Пеньковки FPV-дрон, поэтому мы сейчас должны будем где-то прижаться. Сейчас сирену включат по всему населенному пункту, поэтому нам сейчас придется где-то быстро припарковаться и выскочить, покинуть машину.

Вот так мы спрятали машину, насколько это возможно. Только что поступила информация, что в сторону Красной Яруги идет украинский беспилотник. Вообще от Красной Яруги до украинской границы каких-то восемь километров. Райцентр не раз становился местом боев, сюда пытались зайти украинские войска, трижды объявлялась общая эвакуация с поселка. Сейчас обстановка более менее спокойная, но люди по-прежнему бояться возвращаться к себе домой.

Такие военные посты разбросаны по всему району. Следят за беспилотниками круглые сутки. Отдыхают по очереди.

Это наш блиндаж, здесь мы живем получается, спим, проводим время. Самое важное для солдата — здоровый сон.

Бойцы говорят, что основная угроза — это беспилотники, хотя до Яруги достает и вражеская артиллерия.

На данный момент обстановка в нынешнем месте полегче, получше стало, намного потише, меньше БПЛА, фронт продвигается, обстановка становится лучше. До этого здесь было похуже, каждый раз были прилеты, птички летали, более было так опасно.

Позывной «Татар», военнослужащий

В подземном блиндаже практически домашний уют. Ковры, постельные принадлежности принесли местные жители.

Всё, в чем нуждаются, допустим, воды подвезти, что-то постирать, отремонтировать, то есть они могут напрямую обратиться, и мы всё сделаем, всё что можем. А если не могут они выехать, приезжаю я сюда к ним, вот это самые лучшие, любимые воины Российской Федерации, спасибо им, каждому солдату, что мы здесь, люди приграничья, очень зависимы от них. То есть, получается, если не будет их, не будет нас.

Напоследок «Татар» предупреждает о новой опасности на дорогах. И просит поторопится: с наступлением темноты, угроза увеличится в разы.

Для водителей особое пожелание, чтобы они были более внимательны на трассах, на участках дорог, ведь здесь плохая видимость, освещенность, чтобы побольше они наблюдали, потому что много «ждунов» на дорогах сидит, эфпэвишки, которые стоят посреди дороги и ждут, пока машина сама на них наедет, ну и те же, которые вылетают, сами машины. Поэтому с этим поосторожнее, наблюдайте, смотрите.

Позывной «Татар», военнослужащий

Так и живет Красная Яруга. Под обстрелами, с минимальными бытовыми условиями. Поселок, где прежде проживало без малого восемь тысяч человек, теперь счет идет на сотни. Остались те, кого не сломила война. Такие как семья Ольги.

За четыре года мы научились здесь выживать. То есть если отсутствие света, то у нас есть генераторы, если отравлены колодцы, враг все-таки смог нам как-то напакостить здесь, то мы забурили скважину. У меня, например, скважина 140 метров. Также печка построена на случай согреться, просушить одежду. Мы попытались по максимуму, чтобы здесь все-таки выжить. Не убежать, а именно выжить, остаться и помочь другим.

Ольга Анискина, волонтёр, жительница п. Красная Яруга