В Эрмитаже открыли памятную доску первому русскому реставратору Андрею Митрохину
На антресольном этаже находились его помещения, где он жил и работал. И это место, где сейчас установлена доска, он проходил сотни раз в течение своей жизни и работы здесь.
Лия Окрошидзе, сотрудник исторического факультета МГУ имени М. В. Ломоносова, кандидат искусствоведения
Кандидат искусствоведения Лия Окрошидзе в течение трех лет изучала и восстанавливала биографию Андрея Митрохина. Начала делать это к юбилею города Торопец Тверской области. Именно там в 1765 году в мещанской семье родился будущий реставратор. Сначала учился он у местного художника и иконописца, а затем поступил на службу в Императорский Эрмитаж.
Мне кажется, Андрей Филиппович — это пример такого человека, который полностью отдал себя служению. Это была не просто работа, это было служение, потому что он и жил, и работал здесь, работа была его жизнью. И, конечно, очень важно отметить, такой малоизвестный факт: Андрей Филиппович Митрохин в 1812 году возглавлял эвакуацию картин, которые эвакуировали из Эрмитажа с целью сохранить их от французов.
Лия Окрошидзе, сотрудник исторического факультета МГУ имени М. В. Ломоносова, кандидат искусствоведения
Церемония открытия памятной доски прошла в Зимнем дворце Петра I, внутри здания Эрмитажного театра. Место выбрали неслучайно: именно здесь Митрохин жил, работал и создал свою школу реставрации. Впоследствии она стала эрмитажной.
Тщательностью и особым вниманием к консервации, сохранению того, что есть. Реставрация — очень широкое понятие: есть реставрация музейная, есть реставрация антикварная, есть реставрация своя, у каждого музея разная. Эрмитажная отличается тем, что наши реставраторы, начиная с самых первых, не вторгаются или минимально вторгаются в авторскую живопись или предавторскую живопись. Эрмитажная, очень консервативная школа реставрации начинается с Митрохина, тем и продолжается. Она знаменита в мире именно тем, что ничего совсем не портит на картинах.
Михаил Пиотровский, генеральный директор Государственного Эрмитажа
Образ для изображения на памятной доске скульптор Андрей Губко взял с единственного известного портрета мастера, опубликованного в некрологе.
Нашлись гравюры его портрета, и с них был воссоздан образ уже в объеме, так что память перерастает в такую бесконечность. Это такой же простой человек, но с колоссальным внутренним потенциалом. Это всё то же самое в нас самих. И человек делал свою работу бескорыстно в чем-то и делал новые открытия, которыми пользуются реставраторы до сих пор и что-то совершенствуют. Кто-то должен быть первым.
Андрей Губко, скульптор
В начале XIX века Андрей Митрохин отреставрировал более 90 произведений картинной галереи Эрмитажа. Среди них полотна Рафаэля, Рембрандта, Ван Дейка, Рубенса и многих других мастеров.
Итальянские живописцы XV, XVI, XVII веков. Именно их полотнами занимался Андрей Митрохин. Например, вот это полотно Бонифацио Веронезе «Святое собеседование». Его реставратор восстановил в своей уникальной технике.
Он был первый русский реставратор, он умел работать на уровне остальных реставраторов европейской живописи, потому что он вышел из реставраторов и вообще из иконописи, а это совсем другая работа, другая реставрация. Здесь были европейские картины, нужно было делать так же, как и здесь, он был первым, кто начал такую работу. Отличался он особой тщательностью и тонкостью работы. Хотя, как я уже сказал, главной работой у него был перевод с дерева на холст, что сейчас уже не делают.
Михаил Пиотровский, генеральный директор Государственного Эрмитажа
Андрей Митрохин первым в России освоил и внедрил технику перевода, переноса красочного слоя живописи с грунтом на новую основу, чаще всего на холст, реже — на медь. Это был единственно возможный способ для Петербурга XIX века, где из-за высокой влажности картины легко портились. Учениками Митрохина были студенты Императорской академии художеств, их привлекали для восстановления картин. Работая вместе с ними, мастер отреставрировал около тысячи произведений живописи.
