Высокая дипломатия: Лавров рассказал о будущем бывшей Украины
Сразу после визита сначала в Москву, а потом в Киев личных переговорщиков Трампа, как и после телефонного разговора Путина с самим Трампом, Москва, как всегда, сказала то, что сочла нужным, и в очередной раз подчеркнула, что столь сложные переговоры требуют тишины.
Что ж, классическая дипломатия Москвы – это достойно и красиво, но укроевропейская камарилья и их лобби в США ни к честному противостоянию, ни к честным договоренностям не способны в принципе.
Врать, сливать и взрывать даже не то что договорённости, но даже подступы к ним, эта публика начинает тут же, забивает всем этим информационное пространство и мозги, и, между прочим, при всей своей позорной пошлости, именно таким образом уже не раз срывала намечавшиеся мирные перспективы.
Вот и теперь Москва оказалась в ситуации, казалось бы, неминуемого информационного провала. В том смысле, что отвечать в том же стиле – и с души воротит, и бесполезно, на их поле их не переиграть, но и продолжать все это молча терпеть – тоже нельзя.
В общем, как будто бы цугцванг для нашей дипломатии.
Однако решение было найдено – и достойное, и мощное: Сергей Лавров выступил в «Большой игре» не только с российским теперь телеведущим Дмитрием Саймсом, но и с американским - Эндрю Наполитано. То есть сказанное Лавровом уже по определению выйдет далеко за пределы российской аудитории.
Многие это интервью и видели, и слышали, однако некоторые акценты важно отметить и запомнить на будущее – хотя бы для того, чтобы точнее отметать вбросы, которые непременно будут.
Прежде всего, Лавров еще раз объяснил всем, что, когда Москва говорит об урегулировании украинской проблемы с учетом «реалий на земле», она, прежде всего, имеет ввиду Крым, Донецкую, Луганскую народные республики, Запорожскую и Херсонскую области.
Но есть и «новенькое» - указание на то, почему, собственно, Москва готова говорить с американцами на эту тему:
«Они признают эти базовые вещи и вокруг них пытаются быть полезными».
То есть Лавров впервые «проговорился»: то, что уже закреплено в нашей Конституции, Вашингтон не оспаривает. Стало быть, переговоры идут о чем-то большем. О чем?
Эндрю Наполитано попытался вызнать это у Лаврова, задав вопрос о будущем бывшей Украины. Формулировка вопроса такова, что его следует процитировать полностью:
«Г-н Министр, для любого нейтрального наблюдателя, даже для многих людей на Западе совершенно очевидно, что Россия обязательно победит военным путем в ходе специальной военной операции и произойдёт это довольно скоро. А что Вы думаете, какой план есть? Что будет с Украиной после того, как Россия одержит военную победу?».
Российских планов Сергей Лавров, разумеется, не выдал, хотя… вешки расставил.
Во-первых, никакого сохранения киевского режима в любом виде на любой клочке бывшей украинской территории:
«Европа хочет сохранить откровенно русофобский, агрессивный неонацистский режим. Это европейский план. Я не вижу, как российский народ может принять такую развязку», - сказал Лавров.
С европейцами, кстати, Москва вообще ни о каком украинском урегулировании разговаривать не собирается, потому что те уже провалили все шансы, и теперь, чтобы им хоть что-то доверить, они должны очень сильно постараться, а это, как припечатал Лавров, «будет сложно».
Во-вторых, всё, что пока называется «Украиной», в Москве теперь не просто считают «искусственным образованием». Сергей Лавров, еще раз перечислив юридические аспекты, так прямо и сказал:
«Все те признаки, провозглашённые устоями украинского государства, которые позволили нам признать его в качестве независимого субъекта международных отношений, утрачены».
И да: Лавров прямым текстом сообщил: цивилизационная граница проходит между «западенцами» и «русскими, населяющими юго-восток Украины».
И, наконец, в-третьих – о милитаризации Европы, которая раскручивается под сурдинку истерики «русские вот-вот нападут». Лавров считает, что пока дело в большом распиле - «Милитаристские круги просто работают на свои интересы», но провокации возможны. На этот случай Лавров процитировал западу Путина и добавил от себя:
«Если эти разговоры означают подготовку вашего нападения, то заверяю вас, война будет совершенно другой и очень короткой». Эти слова я бы советовал запомнить».
Это к вопросу о том, сколько у России планов в запасе.
Да на все случаи жизни!
Наталья Старичкова, политический обозреватель ЛенТВ24
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции
