Изуверские методы работы СБУ: история бывшей жительницы Харькова и ее мужа
Она десять лет не доставала эту папку. Сотни страниц уголовного дела, сфабрикованного СБУ, и сопутствующие документы. Каждая страница — это боль, страшная реальность постмайданной Украины.
Бывшая жительница Харькова Юлия Немчинова, теперь ее дом — Белгород. Признается, что никогда бы не покинула родину, если бы не тот самый государственный переворот. Там у нее было всё: семья, дом, успешный бизнес.
Но это настроение быстро сменилось. Достаточно было одного дня морозного февраля, когда в центре Киева пролилась кровь. Майданные власти переступили черту. Тогда семья Юлии поняла: прежней Украины больше нет.
У нее с мужем, как и еще у десятков тысяч харьковчан, была другая жизненная позиция, другое мнение. И со своими принципами они вышли на улицы города. Чтобы их услышали. Тогда-то и появился знаменитый многоголосый клич «Харьков, вставай»!
Протестующие даже успели объявить о создании Харьковской народной республики. Но уже на следующий день полтавский спецназ поставил Харьков на колени. Антимайдан зачистили цинично, жестоко. И после начали зачищать город от активистов. Люди просто исчезали. Пришли и за мужем Юлии.
Юлия поняла: за ней придут следом. И вынуждена была бежать в Россию, оставив дом, бизнес.
Белгород пережил два потока беженцев из Харькова и Харьковской области. Первый — в 2014 году, порядка пяти тысяч человек — это те, кто вышли на антимайдан и объявили о создании Харьковской народной республики. Более 70 тысяч переехали в Белгород уже осенью 2022 года, они вынуждены были отступать вместе с нашими войсками с Харьковской области. Отсюда до Харькова 100 километров, но им родина теперь недоступна.
Впоследствии она уже в Белгороде узнала обстоятельства похищения мужа.
Он описал всё это в стихах.
Мужу вменяли уголовную статью о контрабанде оружия. Срок возможного тюремного заключения — до 12 лет. Даже инсценировали задержание во время так называемого преступления.
А дальше застенки СБУ. Та самая секретная тюрьма, откуда порой не возвращаются.
За мужа вступились украинские правозащитники. Но в стране, где все законы были втоптаны в брусчатку Майдана Незалежности, это глас вопиющего в пустыне. Юлия билась за мужа уже здесь, в России, встречалась с адвокатами на нейтральной территории пограничного перехода. Но все попытки вызволить родного человека были безрезультатны.
Последний шаг отчаяния — письма во все инстанции, начиная с Верховной Рады и президента Украины заканчивая международными организациями. Имя Юлии и ее мужа зазвучало на заседаниях Европарламента, ОБСЕ, ООН. Опасаясь возможной мировой огласки, сбушники сами вышли на нее с предложением, от которого нельзя отказаться.
Параллельно Юлия все эти годы помогала и помогает таким же беженцам из Харьковской области, жителям российского приграничья, нашим военным. Основала собственный фонд. Те страшные 13 месяцев, которые муж находился в застенках СБУ, позади. Но ей предстоял свой выбор, не менее страшный, но неизбежный. И она его сделала.
