24 ноября 2020 года, 17:40

В Карелии построили бутафорский концлагерь для детей

Инициатива вызвала противоречивые оценки. Каждый день проект подвергается критике.

Авторов проекта обвинили в кощунстве. Бутафорский лагерь раскритиковали не только в России, неоднозначная реакция и за рубежом. Действительно ли авторы проекта "перегнули палку"? Доводы сторон – в сюжете Валерия Фенева. 


Лекция в бараках, прогулка среди караульных вышек. Воспитывать патриотизм у карельской молодежи будут в условиях концлагеря. Его уже почти построили на берегах Онежского озера за счет президентского гранта.

Финские концлагеря в годы Великой Отечественной войны были разбросаны по всей Карелии. Центр карательной системы – Петрозаводск, там находились 6 лагерей.

Это - бутафория, декорации со съемок фильма. Авторы решили сохранить их и наглядно рассказывать школьникам, какие тяготы испытывали узники. 


Понятно, что многим сложно. Ты сидишь на другом конце страны, читаешь новость: строят концлагерь для детей. Конечно, наверное, на уровне чисто человеческом, у нас у всех, кто знает историю: слово лагерь, концлагерь – это вообще на уровне ДНК. Это страх, ужасно, неприятно.

Наталья Абрамова, автор проекта


Наталья Абрамова – автор противоречивого проекта. Ее фонд выиграл президентский грант: 3 миллиона рублей. Частично эти деньги потрачены на строительство копии финского концлагеря.

Мы шли по территории бывшего пионерского лагеря на берегах Онеги. В окружении караульных вышек, бараков. Не хватает только колючей проволоки. Это последний штрих, уверяет Наталья. Установят перед открытием лагеря. Так, в принципе, все готово.


Вот здесь мы можем показать. Собираем такие вещи, которые со времен войны. Заплаточки. То есть, мы не стараемся сделать новодел. Но мы стараемся его наполнить аутентичными вещами для того, чтобы создать атмосферу. Это очень важно, конечно, можно состарить новые вещи, но зачем, если есть старые вещи.

Наталья Абрамова, автор проекта


У меня много вопросов к жюри президентского гранта: как же так вот не разобраться в такой ситуации. Как-то так уж больно легко на военно-патриотическую работу дают миллионы. Может быть, все-таки уделить внимание тому, что уже есть?

Михаил Гольденберг, директор Национального музея Республики Карелия


У проекта Натальи Абрамовой судьба сразу не задалась. Декорации фильма "Весури", он не вышел в широкий прокат, трижды переносили. Громкий скандал был в Кондопоге. Там начали строить, но общественность возмутилась. Пришлось срочно искать другое место. 


Почему мы против? Потому что в проекте написано, что было опрошено 102 школьника Кондопоги. Я обзвонила все школы - ни одна школа не проводила такого опроса. И о том, что они знают - такого не было.

Ольга Мешкова, житель г. Кондопога


Против самого лагеря люди бы не выступали, если бы он находился в аутентичном месте. Но вытаскивать его в парковую зону, в центр города, где его никогда не существовало. Рядом находятся объекты досуга, здесь есть причал, здесь есть кафе. Желание коммерсантов понятно, коммерция подразумевает зарабатывание денег. Но мы считаем, что деньги можно зарабатывать не на всем и не таким способом.

Денис Шершнев, житель г. Кондопога


О проекте теперь знают не только в России, в Финляндии и в Германии на передовицах газет статьи под названием: концлагерь для детей. Ее критикуют эксперты, проект поддержали далеко не все бывшие узники, а их в Карелии и Ленобласти около 2 тысяч человек.


Только за подлинность. Я считаю, что невозможно воссоздать искусственно. Можно использовать оставшиеся бараки. Для этого надо жителей расселить, нужны затраты. А этот проект "Без срока давности", посвященный концлагерям. А этот проект пинали-пинали.

Клавдия Нюппиева, узник финских концлагерей


Клавдия Нюппиева, та самая девочка со знаменитой фотографии, облетевшей весь мир. Многие до сих думают, что снимок сделан в немецком концлагере, но это Петрозаводск. Клавдия Александровна получила приглашение открыть бутафорский лагерь и сразу отказалась. Что построили – не настоящее, а настоящее вспоминать страшно. С ней согласны многие.


А пороли знаете как? Вот у нас один мальчик. Есть нечего, парню 12 -13 лет. Где финны оставляли объедки, кости куриные, рыбные. Он на коленках ползает. Его еще обвиняют, что украл. За воровство вот какое было наказание: на скамейке растянут. И бьют плетками, и бьют, пока может кричать.

Лидия Федотова, узник финских концлагерей


Сколько бы Наталья Абрамова не уверяла – проект не коммерческий, ее уже не услышат. Хотя отчасти сама виновата, рассказала местному ТВ, что на территории лагеря будут проводиться "Уроки мужества".

Вопреки заявлениям критиков, авторы проекта уверяют: никакого погружения в реальность прошлого не будет. Посетителям не предложат провести выходные на нарах, в меню не появится тюремная баланда, уж точно их никто не заставит заниматься тяжелым физическим трудом, как это делали малолетние узники под присмотром финских карателей.


Конечно, можно критиковать. Но кому от этого легче? Я считаю, историю знать надо. Да, эти вышки не аутентичны, не то, что сохранилось со времен войны. Но я повторяю, это всего лишь форма репрезентации. В нашем случае это информация для школьников.

Наталья Абрамова, автор проекта


Главная претензия к авторам проекта: они не подлинные. Зачем воротить новодел, когда в Карелии есть места, где все сохранилось со времен войны. Почему Наталья Абрамова не вспомнила о них. А если знала об этих объектах, почему не обратила внимание на них.