Не на тех напали: ответ Ирана на атаку в Каспийском море огорчит Европу
Прошло три дня после удара ВСУ на иранское торговое судно в Каспийском море. Иран пообещал ответить, и вряд ли кто-то сомневается, что ответ будет. Вопрос - какой.
Для начала стоит определиться, чья вообще была идея – украинцам атаковать Иран. Версии звучат разные – от «фигурант 404 пытается выслужиться перед Трампом» до «Киеву до зарезу нужно связать эти две войны, чтобы повязать США и там, и там». Одно, в общем, не исключает другого, но сильно смущает авторство провокации – точно ли все это придумали на Банковской, или все же там просто взяли под козырек, не забыв протянуть руку за мздой?
Вопрос, как представляется, давно уже риторический. И тому есть важное подтверждение, но о нем чуть позже. А пока – беглый взгляд на хронологию последних дней в отражении СМИ – очень интересно получается.
23 июля Лавров встречается с Рубио в Маниле, причем, по инициативе американской стороны. Основной медийный эффект – разумеется, на украинскую тему. Однако в официальных сообщениях сторон коротко упоминалось, что речь шла не только про Киев, но и про Тегеран:
«Была затронута региональная и международная проблематика, в том числе обстановка в Персидском заливе».
На следующий же день, 24 июля, утром, Лавров встречается с министром иностранных дел Ирана Аракчи в Бишкеке – на полях министерской встречи ШОС, а уже вечером этого же дня (по московском времени) Трамп заявляет журналистам:
«Президент Си сказал, что не будем вмешиваться, и президент Путин сказал то же самое. Я думаю, вы знаете, что я доверяю им».
Трамп, правда, добавил, что, мол, не исключает: Россия и Китай предпринимают какие-то шаги в пользу Ирана, но «ничего серьезного».
Само по себе это заявление выглядело странновато, и даже смахивало на попытку вбить клин между Тегераном и Москвой, но Лавров с Аракчи переговорил раньше, чем выступил Трамп, и риски эти наверняка предупредил.
А в свете последующих событий сам факт встречи с Лавровым по запросу Госдепа, и сказанное после этого Трампом вообще приобретают другой смысл: получается, кто-то заранее пытался убедить Вашингтон связать украинский и иранский конфликт. А Лавров, судя по всему, сумел убедить Рубио, что это – разные сюжеты и таковыми должны оставаться.
Однако кого-то такой расклад категорически не устраивает и спать спокойно не дает. Потому что уже через несколько часов после заявления Трампа – утром 25 июля (по московскому времени) – ВСУ ударили по иранскому танкеру в Каспийском море. Ни разу не сомневаясь, что Иран ответит, поскольку по-другому и быть не может. Только расчет на то, что ответ будет один и исключительно по бывшей Украине, которую авторам идеи не жалко, пока не оправдался.
Зато по сообщениям из Ирана, в Тегеране на фоне атаки иранского судна в Каспийском море подготовили перечень тех энергетических объектов в регионе, которые связаны с… Европой. Аргумент простой: Иран не сомневается, что нынешние киевские власти действуют в интересах европейских стран, а потому именно европейская энергетическая инфраструктура для Тегерана теперь – законная цель.
Нельзя ничего утверждать насчет того, насколько огорчится Трамп, если иранские удары по таким мишеням, связанным с европейскими компаниями в регионе, состоятся. Однако нельзя не отметить, что Иран действует очень взвешенно и с подчеркнутым учетом всей палитры происходящих событий. И в координации с Москвой: на следующий день после провокации в Каспийском море, 26 июля, Аракчи позвонил Лаврову.
Как сообщается, глава иранского внешнеполитического ведомства проинформировал главу российского МИД о продолжающихся дипломатических усилиях, направленных на деэскалацию напряженности на Ближнем Востоке, возникшую в результате нападения США на Исламскую Республику.
Выдержка – наше все. И хорошо, что в Тегеране - тоже.
Наталья Старичкова, политический обозреватель ЛенТВ24
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции
